- Дойль, у вас все в порядке? - спросил он, не обращая внимания на мою решительную речь.

Дойль, отодвинувшись от пульта, повернулся ко мне спиной и начал проверять приборы. Он щелкнул каким-то тумблером, выругался и сказал Винтеру:

- Коммуникатор вышел из строя. Но процесс продолжается.

Теперь заколебался я. Эти двое были по-настоящему напуганы мыслью об остановке.

На меня и мое грохочущее оружие они обращали внимание не больше, чем на ребенка с водяным пистолетом. В сравнении с остановкой пуля, по-видимому, была для них легким укусом.

Теперь стало ясно также, что это не автофургон. В отделении водителя приборов было больше, чем на пульте авиалайнера. Окон не было. Одна за другой мысли проносились в моем мозгу. Космический корабль? Машина времени?

Куда же это меня занесло?

- Ну что ж, Винтер, - наконец смог произнести я, - давайте заключим перемирие. Я даю вам пять минут на удовлетворительное объяснение докажите, что вы не беглецы из сумасшедшего дома, и скажите мне, как вы собираетесь высадить меня там же, где схватили? Если вы не сможете или не захотите сотрудничать со мной, я сейчас же изрешечу пулями эту панель и любого, кто будет стоять перед нею.

- Хорошо, - кивнул головой Винтер. - Клянусь, что сделаю все, что смогу, только об одном прошу - уходите из кабины управления!

- Я останусь именно здесь и не пущу в ход пистолет, если только вы не дадите повода для этого, ну, хотя бы нелепыми россказнями.

Винтер вытер пот со лба.

- Вы, мистер Байард, находитесь сейчас в кабине шаттла, машины-разведчика, который действует в Сети. Под Сетью мы имеем в виду комплекс альтернативных линий, которые составляют матрицу всей одновременной реальности. Иными словами, это матрица параллельных миров. Наш привод - генератор Максони-Копини, который создает силу, действующую на то, что можно было бы назвать перпендикуляром к нормальной энтропии. Извините, я плохо разбираюсь в физических принципах этого механизма - я не техник.